Интервью Камиджо журналу Rock&Read #053 за 2014

Перевод: Любовь Чачанидзе.

Камиджо серьезно взялся за работу, дебютировав как мейджер в третий раз и выпустив первый релиз. В июле ему предстоит концерт во Франции и первый концерт в Японии. История создания симфонии в 7 частях «SYMPHONY OF THE VAMPIRE”, происхождение родословной роз и планы на будущее. В необычной атмосфере этого журнала представлена «дверь в мир фантазии, расположенная в реальном мире», которую создает артист Камиджо.

Интервьюер: В прошлом интервью Вы рассказали о том, как началась Ваша работа над сольным проектом. С тех пор прошло почти восемь месяцев, и теперь непосредственно после вашего мейджерского дебюта мне хочется расспросить вас о мыслях по поводу этого релиза, которым стал мини-альбом — симфония в семи частях «SYMPHONY OF THE VAMPIRE”.

Камиджо: В самом начале планировалось издать сингл. Темой нынешнего произведения стала жизнь Людовика 17, о котором я уже писал в первом сольном сингле (индисовское издание). В этот раз мне хотелось написать о его жизни до того момента, как он стал королем. Когда я взялся за это, то думал написать 4 части, однако в итоге получился мини-альбом из 7 частей общей продолжительностью более 28 минут (смех).

И: А представители звукозаписывающей компании не препятствовали Вам? Хотя симфония и разделена на 7 частей, но до сих пор такие длинные композиции практически невозможно было издать.
К: Вот как?

И: Длинные композиции трудно использовать для промоушена в прямом эфире и неудобно брать как опенинги или эндинги.
К : Представители звукозаписывающей компании, с которыми я работал до сих пор, предоставили мне полную свободу действий. И в этот раз они говорили мне: «Длинная — вот и хорошо. Можно и еще длиннее» (смех). И во время записи представители компании, которые поддерживают меня еще во времен Versailles, говорили: «давай-давай!»

И: Видимо, все глубоко понимают «Мир Камиджо».
К: Да, мы начали записывать мини-альбом только после того, как все сотрудники полностью поняли всю историю. Так бывает редко. Если речь идет о песне с любовными стихами, такого понимания обычно не бывает. Спросишь впечатления, ответят: «Да, все понятно». Но в моей команде такого нет, даже напротив, порой все заходит слишком далеко…

И: Почему?
К: Чем насыщеннее становится содержание произведения, тем больше я беседую с сотрудниками. Разговоры становятся слишком глубокими, и часто я думаю: «Это разговор уже и не о музыке» (горький смех). Но с другой стороны, мне доставляет удовольствие втягивать всех.

И: Думаю, это потому, что созданная Вами музыка обладает убедительной силой. Расскажите пожалуйста, какие обстоятельства предшествовали заключению мейджерского контракта?
К: Честно говоря, мне как-то неловко громко заявлять о своем мейджерском дебюте. Даже не знаю, почему у меня возникло такое чувство (горький смех). Но на самом деле это становится понятно, когда начинаешь говорить о развитии деятельности. Собственно, в музыкальном плане практически ничего не изменилось. Но во время выхода первого сольного сингла мне приходилось делать слишком много других вещей самому, так что времени на музыку почти не оставалось. Поэтому я решил все, что связано с выпуском записи, переложить на плечи профессионалов. Warner Music я знал еще со времен работы в Versailles, так что со спокойной душой заключил с ними контракт.

И: В результате во время работы над «SYMPHONY OF THE VAMPIRE” Вы смогли полностью сосредоточиться на музыке.
К: И в плане менеджмента, имея партнерами фирму с двойной культурой, я смог создать такую обстановку, в которой смог полностью сосредоточиться на музыке. Это было результатом всего того, что я сделал в прошлом году, начав сольный проект. Я смог полностью взять инициативу в свои руки. То есть я смог полностью заниматься всем проектом.

И: Расскажите, пожалуйста, об этом поподробнее.
К: Я думаю, что для артиста недостаточно только сочинять и исполнять музыку. Может быть, говорить о полномочиях это чересчур, но необходимо иметь то, что хочешь донести до людей, и также иметь силу для этого. В этом смысле я хотел осуществлять и общее продюссирование проекта. Стать самому объектом для эксперимента, бросить вызов, насколько я смогу сдвинуть этот мир. И может быть, музыка — это одно из выразительных средств для этого. В этом году исполняется 20 лет со дня создания LAREINE ….Какая-то непонятная у меня музыкальная жизнь (горький смех).

И: Разве? Стремясь к самовыражению, Вы уже 20 лет продолжаете заниматься музыкой, разве это не счастливая музыкальная жизнь?
К: Да. Оборачиваясь назад, я порой думаю: «То же самое я делал и раньше». Но в то же время я счастлив, что могу вложить новые мысли и чувства. Но самое главное, что то, что я хочу сделать, не кончается.

И: Думаю, что «SYMPHONY OF THE VAMPIRE” явилась для Вас настоящей вершиной. Вы уже давно интересуетесь историей французской династии, было ли какое-то новое чувство в последнее время?
К: На самом деле, я почти ничего не знал о Людовике 17 до того, как сочинил первый сингл. Но чем больше изучал, чем больше узнавал о нем, тем более глубокими чувствами проникался… Он погиб в детстве, но если бы он остался жив, каким прекрасным королем он мог бы стать. Эти мысли постепенно все больше захватывали меня. Людовик 17, символ печальной истории французской революции, хотя бы в моем произведении мог бы прожить хорошую жизнь. И если бы я это смог, то в хорошем смысле переписал бы историю.

И: Откуда впервые у Вас возник интерес к периоду французской революции?
К: В начале это были в основном материальные факторы — розы, архитектура. Благородные вещи… Например, розы. В том, что я стал увлекаться розами, сказалось влияние моих родителей. Они тоже любят розы, которые всегда росли у нас в саду. Хотя дом у нас был не особенно большой, но в саду был даже мостик в греческом стиле (смех).

И: То есть обстановка, в которой Вы росли, оказала большое влияние на Вас.
К: Думаю, что да. Я уже говорил , что моя мама преподает игру на электронном органе, и под ее влиянием я играл и слушал музыку Поля Мориа. Думаю, что воспитание человека зависит от того, какую музыку он слушает. Музыка оказывает большое влияние на характер человека.

И: Именно воспитание в таких условиях и предопределило Ваш интерес к истории французской революции и династии Бурбонов.
К: Тут проявилось влияние «Розы Версаля». Во времена LAREINE Икэда Риёко (автор манги «Роза Версаля») рисовала для нас иллюстрацию обложки, так что представился случай побеседовать с ней. В то время я не очень подробно читал эту мангу… но после того, как поговорил с художницей, полностью увлекся. Когда я внимательно перечитал мангу после разговора с автором, у меня стало возникать множество образов. И хотя сенсэй и не говорила об этом, я думал о том, что эта сцена была нарисована, наверное, с такими чувствами, а эта часть — с такими.

И: То есть историческая реальность, пройдя через руки Икэда-сенсей, став повествованием, приобрела большую привлекательность для читателей. Так же происходит и с вашей музыкой, Камиджо-сан, ведь Вы объединяете историческую правду и собственный художественный подход. В каком месте Ваши собственные чувства проявились наиболее сильно?
К: Это та часть, где появляется Мана-сан, который помог бежать Людовику 17 из запертой башни и сделал его вампиром (смех). Такое чувство, что Мана-сан жил еще в средние века (смех). Именно он помог раскрыться мне как артисту, и это наложилось и на ту роль, которую он играл.

И: То есть какая-то часть Людовика 17, героя произведения, совпадает и с Вашей личностью.
К: Когда я узнал о его существовании, то увлекся с головой! Казалось, что вся моя музыка была направлена к нему. Именно поэтому я раздобыл и изучил различные материалы. И именно потому, что это была музыка, можно было перекроить то, что было в действительности, отобразить свои собственные мысли и чувства. Я уже говорил в прошлом интервью, что если задуматься о самом направлении вижуал кей, то я чувствую, что отделился от основного пути, проложенного сэмпаями. У меня очень сильно ощущение, что написав «SYMPHONY OF THE VAMPIRE”, я открыл новую дорогу.

И: Словно воскрешая последнюю волю принца, на котором прервалась родословная королевского дома, Вы уверены, что наследуете дело важного для вас направления.
К: Да, я думаю, что хорошо, если все больше людей пойдут по этой открытой мной дороге.

И: Вы вкладываете в музыку свои мысли и чувства, жизненный опыт. Эти взгляды на музыку остались в Вас неизменными с давних пор?
К: Как я уже говорил ранее, в этом году будет важная для меня дата — 20 лет со дня основания LAREINE. В моей музыкальной жизни, если задуматься, есть три больших периода. Это период LAREINE, период Versailles и нынешний период сольной работы. Сейчас я думаю, что в первый период самым важным для меня было выразить эмоции. Во времена Versailles я стал изображать эмоции как бы увиденные сверху. А сейчас я становлюсь на позицию рассказчика истории, то есть смотрю еще с более высокой точки.

И: То есть раньше Вы старались выразить собственные эмоции, а теперь рассказываете историю, словно наблюдая за чувствами сверху. То есть способ выражения изменился?
К: Конечно, для меня очень важно петь, вкладывая чувства. Однако же я теперь понял, что петь, вкладывая чувства, это вовсе не то же самое, что быть способным передать чувства. Если говорить о крайнем случае, я хочу заставить слушателей испытывать чувства, даже если и сам их не испытываю. Может быть, в этом самое главное отличие между мной прежним и мной нынешним.

И: Понятно… Можно, я скажу немного о своих личных впечатлениях? Когда я слушал «SYMPHONY OF THE VAMPIRE”, то подумал вот о чем. Когда слушаешь диск, то не слушаешь слово за словом, а словно смотришь фильм. И место прослушивания — это вовсе не современная Япония, сознание словно переносится в средневековую Европу. Такое впечатление, словно видишь иллюзию.
К: Если говорить о «SYMPHONY OF THE VAMPIRE”, то здесь я хотел не столько выразить себя, сколько рассказать историю. Даже если обуреваемый чувствами, поешь со слезами, все равно найдутся люди, которые скажут: «А, все понятно» и отбросят в сторону. Поэтому я хотел сделать не так, хотел с помощью музыки рассказать историю. Поэтому я был и сценаристом, и музыкальным режиссером, и исполнителем главной роли.

И: Есть люди, которые считают, что если сам не испытываешь чувств, то невозможно передать их другим. Но за последние несколько лет Вы обнаружили, что это не всегда бывает именно так?
К: Если бы передо мной стоял жесткий выбор — самому испытывать чувства или чтобы слушатели испытывали чувства, то я выбрал бы второе. Добиться того и другого — это идеал. Во времена Versailles я как раз и стремился к этому идеалу, а теперь, когда я выступаю один, на первое место ставлю чувства людей.

И: Понятно. Наверное, с точки зрения людей, которые стремятся разделить с артистом его чувства, это звучит несколько холодно, но с теоретической точки зрения совершенно верно.
К: Когда слушатели испытывают глубокие чувства, слушая мою музыку, это и на на меня самого производит впечатление (смех). И к тому же, когда я пишу музыку, то испытываю действительно глубокие чувства.

И: «Отличная музыка получилась!»
К: Вот-вот. Но после того, как вся история рассказана в тексте песни, то возникают две крайности — та часть, что поется с чувствами, и та часть, что поется безэмоционально. Именно потому, что есть такое разнообразие, появляется возможность что-то донести до слушателей. И если говорить о мини-альбоме, то я много раз переписывал мелодию А из второй части симфонии «Sacrifice of Allegro». В эту фразу: «Tetsugoushi ni tozasareta osanaki hi no koushaku wa» я вкладывал слишком много чувств, поэтому только ее пришлось переписывать три раза. А я хотел добиться что-то вроде спокойной декламации. Слушал и никак не мог записать то, что нужно.

И: Наверное, не только я, прослушав «SYMPHONY OF THE VAMPIRE”, с нетерпением жду, что же будет дальше, какой будет следующая история. А в личном плане… мне хотелось бы, чтобы была положена на музыку трагическая история Императора Антоку ( Император в эпоху Хэйан, происходивший из рода Тайра. Когда клан Тайра потерпел поражение в войне с кланом Минамото, император Антоку утонул в возрасте 8 лет — прим.автора). Хотя это кажется и невозможным, но эта история может быть связана с историей Людовика 17.
К: Я очень люблю смотреть фильмы в таком стиле, как, например, «Код да Винчи» или «Ангелы и демоны», где современность связана с историей и разгадывается какая-нибудь тайна. Такими же произведениями являются Lupin III и Detective Conan (детективные манги. — прим.перев.) И свою музыку я пишу с такими же ощущениями. Конечно, бывают времена, когда это полностью мои собственные фантазии, но сейчас мне хочется создать дверь в мир фантазии, которая находится в реальности.

И: И когда Вы задумались об этом?
К: Меня больше греет фантазия, которая находится в реальности, нежели просто фантазия. Какую же историю перекроить в следующий раз… (смех).

И: Планов все больше? (смех)
К: Чем дольше я занимаюсь музыкой, тем сильнее чувствую ответственность перед слушателями. Раньше я думал только о том, что хочу сделать, но теперь я понимаю, что оказываю влияние на других людей. Конечно, и сейчас главной предпосылкой остается то, что я делаю то, что хочу делать…

И: И может быть, именно поэтому Вы выбрали роль рассказчика историй и для Вас важнее чувства других, нежели свои собственные чувства.
К: Я получаю ответную реакцию от людей, которые слушают мою музыку. И постепенно я стал понимать, что если напишу такую музыку, то реакция будет такой. И это позволяет мне расти самому. За эти двадцать лет фанаты постепенно вырастили меня. В стихах и интервью я часто употребляю выражение «кровь королей». Но на самом деле именно все мои поклонники заставляют течь во мне эту кровь. Именно фанаты и создали нынешнего Камиджо.

И: А теперь я хочу расспросить Вас о планах на будущее, и прежде всего о ближайших целях.
Что-то Вы увидели, начав активность как мейджер?
К: Э…. Хочу отправиться путешествовать.

И: Да?
К: Хочу отправиться в путешествие и внимательно осмотреть те места, которые я проезжал слишком быстро.

И: Но ведь Вы уже побывали во многих странах? Но это было только по работе, так что свободного времени почти не было?
К: Я практически не осматривал достопримечательности. Это ведь не значит просто увидеть и все. Если просто смотреть, это только раздражает (смех). Если уж приехал, нужно сделать макияж и провести съемки. Так я думал раньше, а теперь мне хочется приехать и спокойно осмотреть эти места, прочувствовать их.

И: Это действительно большое изменение. А куда бы Вы хотели отправиться сейчас?
К: Честно говоря…. хочу отправиться на Гаваи и спокойно отдохнуть (смех).

И: Неожиданно! И я, и почти все, кто читает это интервью, представляли себе поездку в Европу. Да, не стоит судить предвзято (смех).
К: Музыкальные образы к меня возникают тогда, когда я занимаюсь чем-то, что совсем не имеет отношения к делу. А оттого, что я приеду в Версаль, у меня не возникнут образы, связанные со средневековой Европой. То, что я чувствую, не зависит от места, в котором я нахожусь.

И: То есть Вы можете представлять себе что-то готическое, сидя под пальмой.
К: Вот именно (смех). Я тоже хочу задать Вам вопрос. Что Вы делаете, когда хотите развлечься?

И: Что я делаю? Неожиданный вопрос.
К: Вот я хочу как-то отдохнуть и развлечься, но не знаю ничего, кроме музыки, и так и живу. Не знаю, чем можно было бы заняться? Надо было с молодости заниматься самыми разными делами (смех).

И: Ну… когда так неожиданно спрашивают, даже ничего и в голову не приходит. Пойти поесть с друзьями, отправиться в путешествие, вот и все, пожалуй.
К: Может быть, для зрителей, которые приходят на мои концерты, это и есть развлечение.

И: Когда становишься взрослым, то сложно бывает дать точное определение слову «развлечение». Возможно, есть люди, которые вовсе не считают концерты развлечением.
К: И моя музыка вплетается в жизнь этих людей. И если задуматься, и я сам существую в жизни этих фанатов… Это ситуация большого перекрестка. Я нахожусь в самом центре, а вокруг меня множество фанатов… Не знаю почему, но представляется именно такая картина (смех).

И: Если вспомнить сравнение из прошлого интервью — словно Midosuji (Центральная улица в Осаке — прим.перев.). Но вернемся к теме отдыха. Для меня работа является продолжением развлечений, поэтому когда меня спрашивают о развлечениях, я затрудняюсь с ответом. Конечно, поскольку это работа, то необходимы профессионализм и старание, но когда посещение концертов, прослушивание музыки становится работой, то тут есть и множество других сторон, которые нельзя, собственно, назвать работой. В этом смысле, наверное, и Вы, Камиджо-сан, испытываете большое удовольствие от сочинения музыки, которая является и вашей работой?
К: Да, это так. Даже если взять интервью, казалось бы, это работа, но я с нетерпением жду его: «Наконец-то можно будет поговорить о разном!» (смех)

И: И в заключение, позвольте спросить о Ваших планах, о перспективах на будущее. Что Вы думаете о будущем развитии после того, как заключили мейджерский контракт?
К: Сейчас для меня главное — это концерты. Сразу после выхода этого журнала состоится Premium Showcase, который состоится при сотрудничестве с Tower Records Shibuya. Потом в день моего рождения 19 июля состоится мой первый сольный концерт. (First Live in Japan. The Empire of Vampire. Уже после того, как состоялось это интервью, неожиданно был объявлен концерт в Париже 4 июля Zeroth Live in Paris — Throne. Прим.автора).

И: Ждем с нетерпением!
К: Место проведения концерта — TOKYO KINEMA CLUB, мне кажется, что атмосфера там похожа на оперу, поэтому я и выбрал этот клуб. Думаю, что этот концерт будет полностью соответствовать моим представлениям. Начав с этого, я буду чередовать релизы и выступления… Хочу более основательно построить мое государство.

И: Единственный и неповторимый мир, где смешиваются реальность и фантазия и царствует король.
К: На концерте очень важны и манеры. И человеческие отношения, и музыкальный характер, все происходит в соответствии с моим истинным достоинством. Поэтому я хочу, чтобы на этом концерте зрители могли увидеть под углом в 360 градусов и прочувствовать эстетику моего строительства. И дальше я хочу продолжать свою деятельность в том же ключе.

И: Вы говорили сейчас, что являетесь и сценаристом, и режиссером и исполнителем главной роли. Иными словами, получается объединение всех искусств.
К: Наверное, по большей части, даже не я, но стафф больше времени соприкасается со зрителями. И поэтому очень важна командная работа. Моя музыка дает возможность расти и всем членам команды.

И: Если бы у Вас не было такой силы убежденности, то вряд получилось бы сделать все так, как Вам и хотелось.
К: И ради этого мне хочется проявить ту свою часть, которая пока не раскрылась. И все это я смогу непосредственно донести до всех во время живого пения на концерте. И сейчас я думаю о том, как увеличить возможность донести до всех то, что я хочу выразить, в том числе и в виде записей.