Беседа Йошики и Сакураи Атсуши.

Rockin On 1991 февраль
Интервьюер – Ичикава Тетсуши
Перевод: Любовь Чачанидзе.

И: Раз у нас сегодня такая совместная беседа, то давайте начнем с того, что каждый укажет на проблемы, которые есть в группе другого.
Сакураи: …Ха-ха.
Йошики: Эээ… Проблемы BUCK-TICK, которые я вижу? Да, в моей группе те же самые проблемы!
С: Ха-ха-ха!
И: Сакураи-кун, тут не над чем смеяться.
С: Нет-нет. Но мы пишем музыку, выступаем, это у нас одинаковое. А вот способ действий разный. Х вкладывают очень большую силу.
И: А конкретно, в чем различия?
С: Если все собрать воедино, то получается, что мы действуем большей частью по-простому. Появляемся в журналах, ни о чем особенно не задумываясь, и вроде все хорошо. Но Х –появляются только там, где должны появиться.
Й: Нет!
С: Разве нет?
Й: (смех) Я очень рад, что все это выглядит таким образом, однако… есть то, что мы упускаем (смех).
С: Я и не знал (смех).
Й: Rockin On Japan, например.
И: Что ты хочешь сказать?
Й: Ничего, я действительно рад, что могу появиться на страницах этого журнала.
И: Ой ли!
Й: Правда-правда. Но ведь мы и в Myojo постоянно появляемся. Наверное, мало есть групп, которые появляются на страницах и Myojo, и Rockin On.
С: Мы тоже там постоянно появляемся (смех).
Й: Ну вот, Х да BUCK-TICK. В Японии такие группы не любят, правда?
И: Да, пожалуй, есть предубежденность.
Й: А почему вы пригласили нас для совместной беседы?
И: Потому что это интересно (смех).
Й: Ха-ха-ха-ха!
С: А мы еще были и в Popteen и в Seventeen (смех)(Журналы для девушек — прим. Перев.)
Й: И в Фокусе тоже… Нет-нет! (смех).
И: Не стоит самому туда соваться (смех).
Если в группе есть возможности и уверенность в себе, можно появиться где угодно.
С: Уверенности–то и нет!
Й: Возможности есть! То есть, нет, нет! (смех)
И: (смех) Вы оба являетесь лицом своих групп, так?
Однако же, что бы ни делали BUCK-TICK – дают интервью или отдыхают, они всегда вместе. А в Йошикином Х обычно все отдельно, у каждого своя жизнь, даже фотографий нет, где были бы все пятеро. Почему такая разница?
Й: Ну, не собираемся вместе, ничего не поделаешь (смех). А если и соберемся только впятером, все начинают стесняться, глаза опустят и молчат (смех).
И: Почему так?
Й: Все волнуются (смех).
С: У нас все по-другому.
И: Даже в выходные дни вы все вместе идете выпить.
С: Да? Хотя это выглядит и не очень радостно. Ведь у нас в Токио не друзей.
И: (смех). Что за разговор! Со времени вашего дебюта прошло уже четыре года!
С: У нас необычно сильные дружеские связи друг с другом. Мы приехали в Токио из Гуммы, никого здесь не зная. Что-то не очень приятный разговор.
Й: Но я думаю, что у нас тоже крепкая дружеская связь.
С: Просто проявляется это по-разному.
И: Однако это все крайности. Например, я думаю, что было бы лучше, если бы Сакураи больше появлялся на публике в одиночку, но он продолжает поддерживать свой имидж: «Я один из участников группы».
С: Да.
И: Напротив, Йошики постоянно появляется один. И почему такая разница?
С: Конечно, Йошики-кун сам играет на фортепиано и на ударных…
Й: Но зато я не могу петь! (смех).
С: Ну, петь может кто угодно!
И: Ха-ха-ха-ха!
Й: Нет, у меня действительно полностью отсутствует способность петь. Я сто раз говорил это, но никто не верит. Правда, никто и не слышал, но никто и не услышит! (смех)
С: Но по сравнению с игрой на фортепиано и ударных петь все же сможет любой.
Й: Не, это на фортепиано сможет любой, а вот голос…
С: Имаи и наш Хидэ используют голосовой эффектор и поют.
И: Все принижаете себя.
Й: Но на фортепиано можно научить играть, и для тебя, А-чан, еще не поздно!
С: Да?
Й: Конечно, не поздно!
И: У тебя комплекс по отношению к музыкальным инструментам?
С: Я просто восхищаюсь игрой.
Й: Я больше завидую тем, кто умеет петь.
С: Чтобы петь, нужно просто желание, но если захочешь сыграть на каком-то музыкальном инструменте, так просто не получится. Поэтому я и восхищаюсь.
И: Иными словами, просто не хочется прикладывать усилий?
С: В точку! (смех).
Й: Ха-ха-ха!
С: Я не люблю прикладывать усилия (смех). Кроме того, Йошики-кун пишет музыку, поэтому он может выразить себя в группе. Моя же роль сводиться к тому, чтобы собрать то, что есть у других, понять и выразить это публично.
И: Это очень скромно.
С: Это не скромность, я действительно так думаю! Если бы не было музыки Имаи, у меня ничего не получилось бы.
Й: Я тоже такой же.
И: Ну, не надо, ты ведь и на кончик мизинца так не думаешь.
Й: Ха-ха-ха!
С: Я думаю, у Йошики есть уверенность в себе в хорошем смысле слова.
И: Хочешь сказать, излишняя самоуверенность?
С: (смех). Насчет излишней самоуверенности – это уже ваши слова, Ичикава-сан.
Й: Вы хотите нас поссорить?
И: Ну, я подумал, что так будет веселее.
С: Жестоко (смех).
Й: Хотя я часто выгляжу решительно, но на самом деле я настоящий трус. И чтобы скрыть эту трусость, я стараюсь держаться все увереннее.
С: Точно, со мной бывает так же.
Й: Я действительно всего боюсь, и именно поэтому говорю: «Не боюсь!»
С: Да-да.
И: Как говорится, нападение — лучшая защита.
Й: Наверное, так и есть (смех).
С: У меня так же. Я боюсь внимания людей.
И: Взгляд Сакураи страшнее.
Й: Ха-ха-ха!
С: (смех) Разве? Это я специально делаю такое лицо, чтобы люди ко мне не подходили.
И: Бессознательно делаешь грозный вид.
С: Да. Чтобы просто так никто не мог подойти (смех).
И: Такой страх появился давно?
С: Да, я старался быть тихим и послушным. Ребенком я сидел тихо, затаив дыхание, чтобы никто не вошел в мое личное пространство. С тех пор я и понял, что боюсь.
И: А у Йошики тоже была какая-то травма?
Й: Ну… из-за того, что я трус, сразу перехожу в нападение (смех).
С: Ха-ха-ха! Я часто своими глазами видел такие сцены.
Й: (смех). Поэтому со знакомыми людьми я веду себя совсем по-другому. Что бы мне ни говорили, как бы Ичикава-сан не выставлял меня дураком, я не сержусь, верно?
И: Хочешь сделать из меня злодея?
С: Ха-ха-ха!
Й: Да нет же! Однако действительно в самом начале у меня возникает барьер. Если вдруг совершенно незнакомый тип подойдет и скажет: «Йошики!», я тут же вспыхиваю! Хотя лучше было бы сделать вид, что я ничего не заметил, но может быть, это трусость проявляется.
С: Да-да, я понимаю.
Й: И тут же вспыхивает скандал.
И: А Аччан в таких случаях остается за своим барьером.
С: Я делаю вид, что ничего не знаю.
Й: Поэтому я думаю, что Аччан – взрослый человек.
С: Вовсе нет.
Й: Правда-правда. А у пеня запальный шнур слишком короткий. А у Аччана, видимо, он длинный. Только неизвестно, какое количество взрывчатки там заложено (смех).
С: (хохочет): Нет, я в процессе просто тушу этот шнур.
Й: Ха-ха-ха!
С: Вот тебе и «ха!»
И: У вас обоих действительно оказалось много общего, просто внешне это по-разному проявляется.
С: Может быть, мы и похожи, но у Аччана барьер виден снаружи, так?
И: Он ведет себя так, что к нему так просто не подойдешь.
Й: А у меня снаружи не видно, поэтому меня можно запросто окликнуть (смех).
С: Но я думаю, напротив, что нехорошо, что я с самого начала занимаю такую позицию.
Й: Не, наоборот, я завидую таким людям. Но если бы я сделал себе такой же барьер, как Аччан, наверно, люди подумали бы: «Что это он заважничал!» (смех).
И: «Вот задавала!» — типа того?
Й: Да. Но если это получается естественно – то это хорошо.
И: Или еще говорят: сделал страшное лицо.
Й: Нет уж, извините! Про страшное лицо Аччану говорите (смех).
С: Ха-ха-ха! Но это все получается само собой.
И: То есть, ты — такой человек, который при малейшей возможности ускользает в своей внутренний мир?
С: Да.
И: Другие люди воспринимаются как помеха.
С: Да, докучают или беспокоят, в общем пугают. Особенно боюсь толпы.
И: Действительно боишься?
С: Да.. Может, это уже излишнее самосознание? (смех).
И: Типа: «Кто-то на меня смотрит!»
С: Да-да-да, не могу расслабиться (смех). Хотя на самом деле окружающие, скорее всего, ничего особого и не думают.
Й: И у меня также, и у меня также!
И: Значит, позиция жертвы имеет глубокие корни.
С: Вот как… Действительно, мне тревожно быть на виду. Хотя было время, когда мне хотелось привлечь к себе внимание, например, в средней и старшей школе. Старался выделиться или вел себя странно, думаю, это одно и то же на самом-то деле.
И: Обратной стороной позиции жертвы является жажда внимания.
С: Ээээ.. Люди, которые прочитают это, подумают: «Что он несет, этот дурак!» (смех).
И: Ха-ха-ха!
Й: Но и у меня было так же. В средней и старшей школе я старался выделиться и вел себя не так, как другие, но на самом деле у меня много от самосознания жертвы.
И: Но ведь то, что хочешь выделиться среди других, происходит по разным причинам.
Й: Но в некоторых коллективах необходимо выделиться, иначе никто и не посмотрит.
И: Привлекать к себе внимание – это эгоизм.
Й: (смех) Тут есть противоречие. Я не могу хорошо объяснить на словах… На самом деле, это все трусость. Так ведешь себя, потому что боишься.
И: В наше время в школе выделяться путем правонарушений было не принято. И вообще такое было редко.
Й: Наверное, это был золотой век.
С: Да-да. А может, Ичикава –сан был не таким как все. И он просто не замечал, что творится вокруг?
И: Нет-нет! Например, у нас совершенно не было такого, как показано в фильме «Кане-сэнсэй».(San-nen B-gumi Kinpachi-sensei — японский телесериал, посвященный проблемам молодежи в школе = прим. Перев.).
Й: А наша школа не уступала той, что в фильме.
С: (смех) Да-да.
Й: Смотришь телевизор и думаешь: «Все было так же».
И: И вы поступали так же?
Й: Да, напротив, это меня еще и вдохновляло.
С: Да-да.
И: Что значит «вдохновляло»?
Й: Ну. Я много чего такого делал (смех). Стекла бил.
И: На самом деле, я был байкером, так что тоже получал от учителей.
С: Вот оно как (смех).
Й: Но Аччан разве такой?
С: Ну, я даже не знаю (смех).
Й: Но ведь непременно что-нибудь такое делал?
И: Аччан тоже ездил на байке?
С: Да (смех). Но у нас в Гумме была такая деревня, соберемся несколько человек и поедем.
Й: У меня место рождения – Х, но на самом деле там тоже была деревня.
С: Правда?
И: Думаю, что каждый в школе совершал какие-то хулиганские поступки.
С: Конечно, ведь больше ничего интересного не было.
Й: В то время мы росли под влиянием сэмпаев и думали, что это очень круто.
С: Конечно, сэмпаи все решали.
Й: Не знаю, но мне все это казалось классным. Если сейчас подумать, то было множество плохих и безрассудных дел.
С: Да.
И: А поподробнее можно?
С: Хо-хо-хо!
Й: Много всего было.
И: Значит, есть материал для самоанализа.
Й: Но если слишком долго думать, то скорее всего окажется, что я вовсе не делал ничего плохого (смех).
И: (громкий смех) Вот так самоанализ!
Й: Когда на церемонии поступления в среднюю школу мне принудительно побрили голову, я начал сопротивление.
С: Да.
Й: Однажды мы перевернули патрульную машину (смех).
С: Оо! (смех)
Й: Но все равно, не могу сказать, что я плохой! (смех). Но если подумать, что я только ни делал (смех).
И: Про патрульную машину я слышу впервые.
Й: Поэтому лучше думать, что я в то время я все попробовал.
И: А спусковым крючком послужило сопротивление системе.
Й: Да, может быть, это в какой-то степени имело отношение.
И: А что скажет Аччан?
Й: Но он ведь не дедушка, который дает жизненные советы! (смех).
С: Все просто. Товарищи делали то-то плохое, а мне было просто интересно.
И: А не приходилось терпеть притеснения?
С: само пребывание в школе очень угнетало.
Й: Да, да.
С: Ведь там не свободы, так? «Это надевай!», «Этот предмет учи!» Когда я поступил в старшую школу, то решил, что математика мне не нужна и я не буду ее учить. Просто сидел и думал, что мне это не нужно (смех). Хотелось хотя бы немного уйти от системы. Но ведь ничего такого не разрешали! Скажу, что хочу поехать на мотоцикле – нельзя. Ни причин не объяснят, ничего, просто нельзя.
Й: Да, ведь права можно получить с 16 лет, но получить их не дают!
С: Вот!
Й: И потом всех ловят.
И: Хотя хочешь жить честно, но все равно возникают трения. Не думаю, что учителя были обо мне хорошего мнения (смех). Их точка зрения понятна. Поэтому в старших классах я постоянно думал о том, чтобы бросить школу. Но мне было жаль родных, поэтому я так и не бросил. Но вел себя плохо. Так что когда родители приходили на собрание, было грустно.
Й: Да, я тоже не любил, когда родителей вызывали в школу .
И: И ваше поведение так и не изменилось до окончания старшей школы?
С: Да, все приходилось ходить в школу, и хотя я постоянно хотел ее бросить, но все же …
Й: Я тоже много раз хотел бросить, но из-за родных не стал.
И: Бросить – это не по-мужски.
С: Да.
Й: Наша школа была какой-то странной. В средней школе у меня было много товарищей, с которыми мы хулиганили. А старшая школа, куда я поступил, была элитной. И здесь у меня не было никого знакомого. Тоши был ужасно серьезным. Так что получалось, что никого не было. Я был один. В школе были спортивные классы, проповедовали простоту и мужественность. И я был там отрицательным примером для других, так что меня часто наказывали перед всеми учениками.
С: Сурово.
Й: Я был примером того, каким учеником не надо быть. И когда меня били перед всей школой, мне постоянно хотелось хоть раз дать сдачи (смех).
С: Ха-ха-ха!
Й: Это было бы действительно здорово. Потому что преподаватель физкультуры был очень сильным….
Вот такая была старшая школа.
С: Ничего себе!
Й: Но такие вещи делал только я.
С: Но учитель все равно не прав…
Но вообще было скучно. Шутить я особо не умел. Друзей в моей школе у меня не было. Все мои друзья в основном не ходили в школу (смех)
Й: Да, поэтому бывали дни, когда я до обеда сидел с этими друзьями дома, а потом уже шел в школу.
С: Да, точно.
И: Но раз у вас не было друзей в своей школе, вы сами загоняли себя в сложную ситуацию.
С: Да. С Имаи мы подружились уже в конце третьего класса старшей школы, а до этого я ни с кем не общался. Так и катался на мотоцикле прямо в форме возле школы (смех).
Й: «Объезд школы»?
С: Да-да (смех).
Й: Так и называли?
С: Точно так.
Й: И у меня было так же. Утром, когда надо было идти в школу, я садился на мотоцикл и объезжал разные места (смех).
С: Да, и к школе для девочек!
Й: Точно, к воротам женской школы я тоже подъезжал и ездил вокруг (смех).
И: Удивительно, и поступки и поведение у вас были одинаковы!
Й: Может быть, потому что у нас возраст одинаковый, разговариваешь с Аччаном и чувствуешь много общего.
С: Да.
И: И в конечном итоге высшая степень юношеского барьера сменилась на барьер группы.
Оба: Да.
И: Японский индивидуализм в чем-то является отправной точкой янки, поэтому очень неприятен.
Й: Но я еще не встречал музыканта, с которым можно было порадоваться таким разговорам.
С: Я тоже не знаю таких.
Й: Не с кем поговорить о байках.
С: Да, когда мы впервые встретились, но говорили о XJ и GS (смех).
Й: Да, и еще ZII.
С: Да, я тоже знаю его.
Й: А я ездил на GS!
С: Ха-ха-ха!
И: Все это, конечно, хорошо. Но скажите, как проявляются в ваших текстах песен ваши общие черты характера?
Й: Чувствуется что-то общее.
С: Если говорить о моей лирике, то, наверное, не нужно давать их слушать…Я пишу о том, что не принесет пользу людям (смех). Там нет ничего позитивного.
Й: Хо-хо-хо!
С: (смех). Они не придают людям мужества, не приносят удовольствия. Они просто такие и есть. В конечном итоге, я не думаю о слушателях.
И: Да, в этих стихах полностью отсутствует осознание присутствия других людей.
С: Да.
Й: Ха-ха-ха!
С: Эти стихи полностью обо мне, там существуют только «я» и «меня».
И: Основной тезис эстетики, которой сейчас достиг Атсуши Сакураи, звучит так: «Я сумасшедший».
Оба: (громкий смех).
И: Это особая самодостаточность.
С: Но я думаю, что в этом нет ничего хорошего.
Й: Что? Ничего подобного! Я думаю, что это, наоборот, хорошо.
С: Интересно, о чем думают люди, которые это слушают (смех).
Й: Если посмотреть, везде полно позитивных стихов. «Давайте стараться!», «Будем надеяться!», почти все только такое. Это уже стало скучным.
И: Слушатели более серьезно воспримут самоуничижения типа «Я сошел с ума», нежели убеждения.
С: Наверное, люди просто устали от призывов.
И: К тому же неприятно, когда тебе что-то говорят по-простому, да?
С: Да (смех). Когда говорят: «Давай, постарайся!», хочется сделать по-своему.
И: Например, петь что «я бесполезен».
С: Но я буду очень рад, если слушатели скажут: «Тут классная атмосфера!».
И: Ну, конечно, продолжаете строить барьер.
Оба: Ха-ха-ха!
Й: Думаю, что лирика Йошики в творческом отношении близка к этому.
Й: У меня лирика разрушения.
И: Ключевое слово – разрушение.
Й: Да, и таким способом нельзя убедить людей делать что-то таким-то образом.
И: Можно указать путь разрушения?
Й: Не знаю… иногда я ….Иногда я пишу и такие стихи, но это уже не я, а другая личность. Да, я и сам толком не знаю (смех). Но я думаю, что обычные стихи скучны.
И: Но ведь путь разрушения естественным образом ведет и к саморазрушению?
Й: Ммм… Но я горжусь этим.
И: А чем именно ты гордишься в своих стихах?
Й: …Ну, может быть, оснований и нет (смех)
И: Так не бывает.
Й: Ичикава-сан, Вы критик, вот Вы и объясните, пожалуйста!
С: Критик! (смех)
И: Откуда мне знать основание для твоей гордости?
С: Ха-ха-ха!
Й: (смех) Вот и я не знаю.
С: Но когда я не могу что-то объяснить сам, то Ичикава-сан всегда все поясняет (смех).
Й: Но ведь мы музыканты, поэтому не умеем красиво говорить.
И: Обо всем остальном ты говоришь довольно хорошо!
Й: А! (смех).
С: И правда! (смех).
И: Для Атсуши Сакураи краеугольным камнем стала лирика «Kurutta Taiyou ».
Й: А мне нравится «Aku no Hana ».
И: Я думаю, что «Aku no Hana », где перемешались слова декаданса – единственная в своем роде.
С: Да, похоже , что Ичикача-сан почтил ее своим благоволением (смех).
И: Ха-ха-ха! Но если следовать логике «TABOO», «Aku no Hana », «Kurutta Taiyou », то мы видим, как устанавливается самобытный стиль, который характерен тем, что низводит себя до крайней малости. С другой стороны, в мире Йошики сначала словно неожиданно падаешь с крутой горы, а затем снова набираешь ускорение.
С: Мне это нравится гораздо больше, чем карабкаться в гору (смех).
Й: Да.
И: Падать вниз – красивее?
С: Наверное, такое толкование я могу понять.
И: Значит, ты считаешь, что красив, когда падаешь?
Й: Ммм
И: Ты действительно так должен думать.
Й: Я только могу сказать, что горжусь ими.
И: То есть это свой собственный мир, и не важно поймут или нет его другие люди? Снова тот же барьер.
Й: Мне наоборот нравится, когда стихи непонятны. В простых и понятных словах нет очарования. В мире полно простых стихов.
С: Это точно.
И: Такие стихи, что если просмотреть только начало, полная картина сразу становится ясна.
Й: Я много прочитал текстов песен японских групп. Поскольку я и сам пишу лирику, то провел исследование, как пишут другие. Например, у меня есть 100 дисков с музыкой японских групп, и я прочитал все тексты.
И: Наверное, тенденция к очень понятным стихам.
Й: Я не являюсь музыкальным критиком, но в прошлом году случайно посмотрел некоторые группы, и интересными из них были только BUCK-TICK и Soft Ballet .
С: Вот как.
Й: Из индисовских групп- EX-ANS, но это уже не имеет отношения. То есть всего три очень интересные группы! Может быть, конечно, это у меня такой вкус. А все остальные просто одинаковы. Поэтому я считаю, что какими бы хорошими стихи не были, но если они такие же, как и у всех, то в них нет привлекательности. Поэтому очень важно что-то менять.
И: В этом и состоится творческая индивидуальность.
Й: И я действительно увидел, что они все одинаковы. Лишь немного разные слова, немного по-разному положены на музыку.
С: Да уж (смех).
Й: Поэтому тексты песен и не считают чем-то важным.
И: Простота нужна для правильности понимания, иначе может возникнуть неправильное толкование. Но действительно, в последнее время к лирике стали относиться пренебрежительно. «Все поют одно и то же».
Й: Да.
И: сейчас в творчестве все меньше затрагиваются такие вещи, как странности личности, искажения в человеке, и это проявляется и в лирике, и в музыке, и в концепциях. Мне кажется, ваше творчество интересно именно этими моментами.
Й: Да. Остальное все одинаково. Когда начальство со звукозаписывающей компании начинают мне говорить: «Этот текст хороший, а этот — плохой», я отвечаю: «А я не хочу писать тексты, которые бы вы понимали!»
С: Ха-ха-ха!
И: Мне кажется, все эти группы, которые сейчас назвали: и Soft Ballet, и BUCK-TICK, и Х, все они отличаются радикальность своего существования, при том это проявляется не только в музыке.
Й: Да.
С: Ээ.. вот если продолжить разговор о текстах песен, то стихи, которые не привлекают меня – это то, что все пишут об одном и том же. Конечно, это совершенно не привлекательно. Наверное, думают: «Прежде всего, надо петь об этом». Такие люди пишут песни, например, о разлуке или о счастливой любви, и все. И очень многим это нравится, и я понимаю, почему, но сам совершенно не чувствую в них никакого очарования.

И: Такой вид радикализма является одновременно и барьером, и в то же время эстетикой. Да, на мой взгляд у Йошики и Атсуши Сакураи очень много общего.
С: Да (смех).
Й: В определенной степени, точно есть, правда?
С: Ага.
И: Эстетика мгновения и осколков проявляется в самых разных фразах.
Й: ….наверное, я уже прославился? (смех)
С: Ха-ха-ха!
И: (смех). Вам нравятся те, у кого есть своя эстетика.
Оба: …
И: Если говорить о Сакураи, то это «Эстетика самоотрицания».
С: Да.
Й: Тогда у меня «Эстетика противоречий самому себе».
И: Отрицание и противоречие.
С: Неплохо, мне это определенно нравится.
И: И еще раз хочу сказать, что те, кто поднимают на щит такую эстетику, относятся к этому с гордостью и самоуважением. «Я не такой, как все!»
С: Нет, такого почти нет. Просто то, что мне нравится, то что меня притягивает, несколько отличается от того, к чему стремится большинство. Но если что-то понравилось, то там я естественно чувствую очарование, а не просто хочу отличаться от других.
Й: Вот как!
С: Раз все делают одно, я хотел делать немного по-другому. Раньше я действовал, наверное, только из-за этого (смех). Но последнее время естественно чувствую то, что мне нравится.
И: То есть возникла естественная уверенность в своих вкусах.
С: Да, иногда это красивые вещи, иногда то, что нужно разрушить, иногда опасный мир.
Й: У меня так же. И не думаю о том, чтобы специально отличаться от людей. Но порой то, что делаю, действительно отличается от общепринятого.
И: Но даже если это делается бессознательно, странность все равно проявляется. Думаю, что вы сами осознаете, что постепенно зарождается самомнение и удовлетворенность самой странностью как таковой.
Й: А, но ведь это интересно. Приходится делать неприятные вещи, например, запись альбома затянулась на полгода, это было очень тяжело, но я в последнее время часто говорил: «Не так, как обычно, значит, хорошо!» (смех). Таким образом, я наоборот получал поддержку (смех).
С: А-а!
Й: Но я действительно не знаю, хорошо это или плохо (смех). Прежде всего, не так как обычно — значит, уже хорошо.
И: Обычно это работает для того, чтобы убедить самого себя.
Й: Но поскольку у меня слишком часто все идет не так, как обычно, то без этого я не мог бы вообще, наверное, ничего сделать (смех).
С: А у меня… если что-то хорошее, то конечно, это хорошее, а если что-то происходит что-то плохое — в группе пока не было ничего плохого, а вот у меня лично в жизни очень много плохого (смех), то сперва я думаю: «Почему только у меня так…», а потом понимаю: «Никто, кроме меня, не смог бы получить такой опыт!» (смех).
И: Какое внезапное изменение отношения.
Й: Ха-ха-ха!
С: Но это очень неприятные вещи. Я всегда думаю: «Как плохо, как плохо, как бы уйти от этого!» но теперь стал понимать, что в конце концов, это все хорошо, раз я могу получить такой опыт (смех).
Й: Да, точно, я думаю, что это так и есть. Сейчас я слушаю и полностью согласен с Аччаном.
С: Хорошо, что есть такой же человек! (смех).
Й: Да, если бы это было не так, то…
С: Если бы это было не так, можно было бы уже сдаться.
Й: Точно!
И: Вы нашли удивительный способ самозащиты!
Й: И если говорить о музыкальных критиках, они уже не смогут теперь нас доставать! Нет? (смех). Но я не мог этого не сказать!
И: Понимаю…
Оба: Ха-ха-ха!
И: Но вы не думаете, что это внезапное изменение отношение служит отправной точки создания эстетики?
Й: Да.
И: Но тогда в конце концов получается, что само по себе создание такой эстетики является способом защиты пугающегося себя от мира, то есть это тот же самый барьер!
Й: Но если человек не будет иметь такой сильной защиты, он не сможет серьезно вырасти?
С: Хо-хо.
Й: Это так. Конечно, я не очень хорошо знаю, но в великих группах люди действительно классные. Смотрите, ведь многие люди отрицают популярные группы.
С: Да-да.
Й: Например, чтобы продать миллион дисков, даже если это айдолы, нужно иметь силу воли, или не силу воли, но нужно что-то такое иметь в характере. Допустим группа айдолов, работая с лейблом, смогла продать миллион копий. И я думаю, что это круто. Но ведь начинают говорить: «Это лейбл постарался, поэтому столько продалось», «Это удачная реклама и ти-ин были, поэтому такие продажи». Но ведь эти миллион копий что-то ведь несут в себе! И двадцать или тридцать тысяч копий тоже что-то несут в себе. Поэтому я думаю, что такие продажи — это большое дело.
И: Даже то, что они добились такого положения.
Й: Да, на самом деле, просто быть на таком месте, и то тяжело.
И: И это «что-то» — индивидуальность, и соответствующий им барьер, и это и есть прекрасное.
Й: Ну, да (смех).
И: Однако, ничего не поделаешь, кажется, остается только признать эту эстетику под названием «Резкое изменение отношения повзрослевших малолетних правонарушителей», или скорее, «Только наш собственный способ сохранения жизни».
С: (смех) Верно подмечено.
Й: А, вы это признали! (смех).
И: Итак, передо мной сейчас спокойно сидят первый трус Японии и второй трус Японии.
С: Ха-ха-ха!
Й: Уж извините! (смех).